КОЧЕВНИКИ

Не будет ни малейшим преувеличением сказать, что эта группа занимает в истории питерского рока уникальное место: просуществовав почти тридцать лет и сменив за это время три названия, она, фактически, первой - ещё в середине далёких 60-х - перешла с английского языка на русский, соединив ясное поэтического слово с выразительными и запоминающимися мелодиями, к началу следующего десятилетия добилась, поистине, звёздного статуса у молодой аудитории, позже перешла в профессионалы, сумев и там сохранить свой репертуар, на всём протяжении своей бурной биографии поддерживала высокий уровень музыкальной культуры и хранила творческую независимость. Это группа КОЧЕВНИКИ.

Основателем КОЧЕВНИКОВ стал гитарист, певец и автор песен Евгений Леонов. Он родился 11 декабря 1946 в Ленинграде и, по его собственному признанию, впервые заинтересовался рок-н-роллом весной 1958, услышав во дворе, как из чьей-то форточки доносятся звуки "Jailhouse Rock" Пресли. Чуть позже сосед по лестничной площадке показал Леонову как играть на фортепьяно буги-вуги. "Вечерами в нашем дворе собиралась компания ребят лет по пятнадцать-семнадцать, - вспоминал он позднее, - они были стиляги: носили брюки-дудочки, белые носочки, а по вечерам выносили на улицу радиолу и устраивали танцы до упаду. Потом у многих появились гитары и они начали подбирать на них буги, ритм-энд-блюз и джазовые стандарты. Мы с друзьями были на пару лет младше и как обезъяны их копировали."

Со временем рок-н-ролл стал более близким и понятным: теперь было ясно, что именно исполняет Элвис, что Хэйли или Чак Берри. Во дворе появлялись записи "на костях", что-то удавалось поймать в эфире с помощью старого радиоприёмника. В пятом классе Леонов даже сочинил свою первую песню, но до её исполнения дело пока не дошло.

В девятом классе Женя познакомился с ещё одним поклонником Пресли: он был на год старше и у него, в свою очередь, был приятель с богатой коллекцией западных записей. Приятеля звали Юрий Гришин и он, как и Леонов, пару лет осваивал гитару. Они начали вдвоём репетировать в соседнем подвале, играя на гитарах с пьезоэлементами. Вскоре к ним присоединился знакомый Гришина, Николай Гречушников (р.22.05.46 в Ленинграде), который поначалу числился барабанщиком. Настоящих барабанов у них, правда, не было, и Коля играл на кастрюлях, банках и прочих жестянках. Ещё один их приятель, Виктор Гронин (р.9.06.46 в Ленинграде), тоже играл, на чём придётся: балалайке, гитаре, перкуссии, а потом раздобыл гармонику и с энтузиазмом дул в неё.

Бас-гитары как таковой тоже не было, поэтому Гришин, которому достался этот пост, использовал т.н. "шведский бас": палку от швабры с натянутой леской и половиной фанерной бочки в качестве резонатора. Интересно, что в Швеции о таком инструменте никогда и слыхом не слыхивали!

Они назвали себя THE REBELS ("потому что это был бунт, мятеж в музыке, - рассказывает Гречушников). Поначалу THE REBELS играли, главным образом, западные вещи с жёстким ритмом - своего рода гаражный рок - хотя Леонов с детства сочинял стихи и музыку. Свой первый концерт группа сыграла в мае 1964 в художественном училище на Московском проспекте. Гречушников к тому времени перешёл на соло-гитару, а Гронин осваивал барабаны.

В июле 1964 Леонов поступил в Художественно-графическое училище (бывшее Демидовское). Интересно, что год спустя его студентом стал один из ЛЕСНЫХ БРАТЬЕВ Андрей Геннадиев, а курсом старше учился Анатолий Васильев (тёзка основателя ПОЮЩИХ ГИТАР), который тоже сочинял песни, но - в отличие от Леонова - владел семиструнной гитарой. Он нередко заходил на репетиции к THE REBELS, чтобы обменяться свежими музыкальными новостями или поиграть вместе.

В мае 1966 Гречушникова с Грониным забрали в армию, и THE REBELS на время распались, а Леонов и Васильев вдвоём играли на вечерах у себя в училище, используя необычное сочетание шести- и семиструнной гитар.

На одном из вечеров к ним подошёл комсомольский активист Алик Воропаев (позднее он возглавлял клуб "Ритм") и предложил познакомиться с группой ребят из Авиационного института, которые делали электроорганы собственной конструкции! Их даже показывали по телевизору. Жене и Анатолию выписали пропуска (ЛИАП был заведением режимным) и они регулярно ходили туда на репетиции, но органы ломались, до музыки дело не доходило, и к весне 1967 идея заглохла. Васильев бросил это дело первым, а в начале июня и Леонов отправился в ЛИАП, чтобы сказать, что он уходит.

В переулке Джамбула навстречу ему попался бас-гитарист Аркадий "Адик" Мороз, который успел отметиться в группах ТЕНИ и ГРИФЫ. Он пригласил Женю послушать новую группу, которая репетировала в клубе Ленметрополитена, в жёлтом здании на углу Гороховой и Фонтанки, 90. Помимо Адика в её состав вошли Василий Забелкин, соло-гитара, и Сергей Голубков, барабаны. Сергей по меркам тех лет барабанил почти профессионально, и Леонов, для которого ритмическая составляющая музыки всегда была крайне важна, согласился присоединиться к ним. Поскольку у него уже был изрядный багаж собственных песен, которые стала делать группа, именно Леонов стал её лидером.

Из клуба метрополитена группу вскоре попросили и она всё лето кочевала по всему городу, пытаясь найти новую точку для репетиций. Именно тогда в голову Леонову и пришло название КОЧЕВНИКИ.

Их главной проблемой была аппаратура. Пытаясь её разрешить, Адик вышел на Олега Кукина, который работал звукорежиссёром в Театре им. Ленсовета, играл в каких-то группах и имел доступ к фирменному оборудованию. Кукин согласился продать им усилители ТУ-100 и ещё что-то, но потом раздумал. Потерявший терпение Голубков ушёл к ТЕНЯМ, которые выступали на танцах в Парголово с репертуаром из инструментальных пьес THE SHADOWS, а его место занял сам Кукин. "Как барабанщик он, конечно, уступал Голубкову, - честно признавался Леонов, - но выглядел респектабельно, внушал доверие и всегда умел договориться."

Осенью Адик Мороз, который играл очень темпераментно, однако, технически несовершенно, ушёл, хотя остался с КОЧЕВНИКАМИ в дружеских отношениях. На его место Леонов пригласил своего коллегу по THE REBELS Юрия Гришина. Тот уже оставил "шведский бас" и играл на четырёхструнной акустической гитаре. С этого момента КОЧЕВНИКИ начали регулярно выступать в городе: сами они вспоминали концерты в Мухинском училище, управлении Севзапстрой и т.д., а в их репертуаре были как фирменные номера, так и свои вещи, а также много импровизаций.

В то время в Питере уже вовсю обсуждался вопрос: можно ли петь рок-н-ролл на русском? Он даже был внесён в анкету, которую раздавали посетителям очередного конкурса самодеятельных ансамблей, начавшегося в конце 1967 в кафе "Ровесник". КОЧЕВНИКИ тоже были приглашены участвовать и оказались единственными, кто исполнил всю программу на родном языке!

Они играли 14 января 1968, в один день с ЛЕСНЫМИ БРАТЬЯМИ и ФЛАМИНГО, и хотя прозвучали не лучшим образом, входивший в жюри руководитель ПОЮЩИХ ГИТАР Анатолий Васильев предложил Леонову попробоваться в состав ПОЮЩИХ. Он отказался, так как хотел играть свои песни и со своими музыкантами, а вакансию занял Саша Фёдоров из ЛЕСНЫХ БРАТЬЕВ.

В конце зимы Леонов, только что переехавший из Центра в Купчино, заболел, и к нему несколько раз приезжали оставшиеся втроём ЛЕСНЫЕ БРАТЬЯ, которые предлагали ему объединиться под названием ЛЕСНЫЕ КОЧЕВНИКИ! Правда, они и сами вскоре разошлись в разные стороны, и идея осталась нереализованной.

Весной 1968 Забелкина забрали в армию. На соло-гитаре пару месяцев играл сам Леонов, а ритм-гитаристом стал Алексей Хорев, но неувязки с составом закончились только в мае, когда отслужив, вернулись Гречушников и Гронин; Леонов всегда хотел играть именно с ними, а Коля, к тому же, купил себе в армии фирменную гитару.

Кукин иногда пел с ними, однако, параллельно с КОЧЕВНИКАМИ репетировал в музыкальной школе при Консерватории с группой, в которую вошли её ученики Михаил Боярский (р.26.12.49 в Ленинграде), гитара, вокал, Георгий Широков (р.17.08.50 в Ленинграде), бас, и Николай Васильев, клавишные (он учился по классу виолончели). Боярский принадлежал к очень известной в Питере театральной семье, а отец Широкова был дирижёром Кировского театра.

В канун Нового 1969 Года, в преддверии следующего поп-фестиваля, Леонов и Кукин решили объединить силы. Старые друзья (Гришин и Гронин) ушли, а их места заняли Широков и (месяцем позже) Васильев. Боярского пригласили в ГОРИЗОНТ, который базировался в клубе "Монолит" на Загородном проспекте. Позднее Колю Васильева, который надумал поступать в Консерваторию, сменил клавишник Павел Файнберг (р.25.01.51 в Ленинграде).

К маю 1969, когда состоялся финал поп-фестиваля в Гидрометеорологическом институте, КОЧЕВНИКИ - стараниями Кукина - обзавелись неплохим аппаратом; клавишник ПОЮЩИХ ГИТАР Лёва Вильдавский, который симпатизировал им, дал группе усилитель "Echolette", а также помог советами по части режиссуры и сценического движения. Поскольку КОЧЕВНИКИ были в ранге звёзд, их взяли сразу во второй тур.

На этот раз, выступление удалось. Всё работало на победу: отличный звук, свет, драйв, новые песни (музыка Леонова, слова Леонова и Кукина) "Если скажут мне", "Оттепель", "Золушка (не мечтай о ней)", помогли КОЧЕВНИКАМ сорвать аплодисменты публики и получить высокие оценки жюри - по сумме баллов они заняли I место, опередив ФЛАМИНГО, ЛИРУ, ГОРИЗОНТ (сменивший название на МОНОЛИТ), АРГОНАВТОВ, ГАЛАКТИКУ, ВЕСТНИКОВ и других героев рок-н-ролльного Питера.

В школе Широков дружил с Мишей Боярским, поэтому через пару недель после фестиваля он предложил взять его новым клавишником (Файнберг тоже решил продолжать учёбу). Дуэтом они очень красиво пели песню Кукина "Я не верю в то, что ты уходишь". Вместе с Боярским в КОЧЕВНИКАХ появился вокалист МОНОЛИТА Владимир Фадеев (р.29.01.52 в Ленинграде), а их звукооператором стал Михаил Лейтман.

Этот состав на протяжение лета и осени 1969 не раз играл для иностранных туристов, выступал на сэйшенах в Артиллерийском училище, институте им. Бонч-Бруевича и т.д., а также работал на танцах в Невской Дубровке. Кроме того, в этот период КОЧЕВНИКИ много записывались, стараясь зафиксировать весь свой текущий репертуар. Это был, безусловно, пик их самодеятельной карьеры - клубы, где играли КОЧЕВНИКИ брали штурмом, подростки распевали их песни под гитару во дворах и парадных подъездах - но перспективы были туманными.

Родители Широкова настаивали, чтобы он поступал в Консерваторию; Сергей Боярский приходил на концерт КОЧЕВНИКОВ, но тоже считал, что им всем надо учиться; к тому же Михаилу уже светила повестка из военкомата. На этой-то печальной ноте в январе 1970 КОЧЕВНИКИ распались в первый раз.

Однако, всего несколько недель спустя Леонова отыскал бывший клавишник и бас-гитарист распавшегося чуть раньше МОНОЛИТА Алексей Котов (р.30.05.51 в Ленинграде). Обсудив перспективы, они решили возродить КОЧЕВНИКОВ. Поначалу с ними собирались играть Гречушников и Фадеев, а за барабаны был приглашён Анатолий Рывкин из СКОМОРОХОВ. "Толя никогда не учился музыке, работал шофёром, но была у него божья искра, он схватывал всё на лету, играл легко и непринуждённо", - говорил о нём Леонов. Гречушников, правда, той же весной завербовался в Читинскую филармонию (где, кстати, работал и Кукин), за ним откололся Фадеев, и КОЧЕВНИКИ остались втроём.

В это время крышу над головой им предоставил клуб "Монолит", где работал Владимир Турков, ставший для КОЧЕВНИКОВ кем-то вроде администратора. По словам Леонова, им очень нравилось играть втроём - была в этом какая-то первозданная рок-н-ролльная энергия - но летом 1970 в "Монолите" появился орган "Vermona" и группе понадобился клавишник или бас-гитарист. Правда, у Леонова на примете уже несколько лет был Сергей Цветков (р.11.03.47 в Ленинграде), который захаживал к ним ещё во времена клуба Метрополитена: он играл на басу и неплохо пел в своей группе, сочинял песни, был готов присоединиться к КОЧЕВНИКАМ, но тогда вакансии для него не нашлось, и он собрал свои ГОЛУБЫЕ РИТМЫ.

Пока группа безуспешно искала потенциального бас-гитариста, повестку из военкомата получил Рывкин. Как-то раз в "Монолит" к КОЧЕВНИКАМ заглянули барабанщик Валентин Шнейдерман и клавишник Валера Вдовин из ПИЛИГРИМОВ, но Шнейдерман им не подходил, а Вдовин хотел играть только с ним. Вскоре они создали свой ГЕНЕРАЛ-БАС.

В октябре 1970 Турков, наконец, отыскал Цветкова (через справочное бюро), и он занял место в КОЧЕВНИКАХ; Рывкин ушёл отдавать долг Родине, а за барабаны был приглашён их старый приятель Владимир Провоторов (р.2.03.50 в Ленинграде) из КАРАВЕЛЛЫ. Зиму они по старой памяти провели в Невской Дубровке. Между тем, знакомая девушка порекомендовала КОЧЕВНИКАМ своего приятеля, который дослуживал в армии, а до этого барабанил на танцах в Саблино. Наведя справки, КОЧЕВНИКИ решили, что это их человек, списались с ним и обещали ждать. Барабанщика звали Володя Павлов.

Правда, прежде, чем он освободился, КОЧЕВНИКОВ покинул Провоторов. Его место занял только что вернувшийся из армии барабанщик МОНОЛИТА Владимир Исаев. Одновременно с ним пришли певец Михаил Васильев, который когда-то тоже начинал в МОНОЛИТЕ, и Евгений Полотовский (экс-ДИЛЕТАНТЫ), игравший соло на 12-струнной акустической гитаре, а в техническую группу влился сильный музыкант и звукооператор Леонид Москаленко.

Исаев, правда, не прижился и со словами: "мне нужно много зарабатывать", ушёл в ресторан. Барабанную вахту от него принял, наконец, отслуживший своё Владимир Павлов (экс-КРИСТАЛЛ).

На этом этапе участие в судьбе КОЧЕВНИКОВ принял директор Театра Эстрады М.Г.Полячек: он организовал им пару концертов (в т.ч. и на своей сцене) и предлагал устроить в филармонию, для чего придумал близкое по смыслу, но более нейтральное название САВОЯРЫ (позднее они его всё же использовали). После концерта в Театре Эстрады Полотовский ушёл - на гитаре начал играть Васильев.

Из "Монолита" КОЧЕВНИКИ переехали в клуб Автопарка N 3. Они напряжённо репетировали, осваивая многоголосие, потом начали регулярно музицировать у себя на точке и к началу сезона подошли во всеоружии. Теперь они снова могли выступать. КОЧЕВНИКИ нашли приют во Всеволожском Дворце культуры, играли на его сцене, ездили от него с концертами по району (в Отрадное и т.п.) и даже пробились на телевидение, исполнив в программе, посвящённой самодеятельности трудящихся, свои "Речку детства" и "Бабку". Несколько раз группа выступала в ЦПКиО.

В феврале 1972 КОЧЕВНИКОВ по комсомольской линии пригласили на Всесоюзный фестиваль самодеятельности, проходивший во Дворце Профсоюзов в Новгороде. Они отыграли полновесный концерт в двух отделениях и стали лауреатами. До весны группа время от времени мелькала в разных залах. В июне военкомат добрался и до Миши Васильева, но из Читы кстати вернулся Коля Гречушников, который тут же занял его место. На горизонте снова появился Фадеев, но в состав не вошёл ("он назвал себя вольным певцом и появлялся, когда у него было настроение"). Тогда же КОЧЕВНИКИ, ощущая потребность освободиться от груза своей чересчур богатой истории, решили сменить имя на САВОЯРЫ.

На этом история КОЧЕВНИКОВ формально заканчивается, хотя никаких особых изменений в их судьбе смена вывески не повлекла. На всё лето САВОЯРОВ пригласили отдыхать и играть на танцах в курортный посёлок Васильевка под Ялтой.

Осенью 1972 военную форму пришлось примерить Цветкову, и бас-гитаристом САВОЯРОВ стал звукорежиссёр группы Леонид Москаленко. Он был блестящим музыкантом, но, к сожалению, не пел, поэтому в мае 1973, за пару недель до того, как САВОЯРЫ собрались на представительный фестиваль "Карельская Песня" в Петрозаводск (в нём участвовали музыканты из Москвы, Ташкента, Таллина и т.д.), по предложению Котова в группу был приглашён только что вернувшийся из армии Игорь "Стас" Прохоров (р.18.07.51 в Ленинграде), который стартовал в МОНОЛИТЕ. Поклонник, скорее, жёсткого ритм-энд-блюза THE ROLLING STONES и THE WHO, нежели бита, Прохоров значительно утяжелил звучание группы, что, впрочем, вполне отвечало духу времени.

Лето 1973 они опять провели в Васильевке. Володя Павлов поехать не смог, и на барабанах эти три месяца отыграл Кукин, но по возвращении он решил стать вокалистом новой группы ИДЕЯ, и к исполнению своих обязанностей в САВОЯРАХ вернулся Павлов. Осенью они сменили ПОСТ в Александровской, без потерь отработав там на танцах до следующего мая.

Тем не менее, в рядах группы зрели семена конфликта. Лето 1974 САВОЯРЫ провели в санатории "Дружба" в самой Ялте, а сразу по возвращении домой распались во второй раз. Гречушников, Прохоров, Фадеев и Павлов вошли в состав джаз-рок ансамбля ОРФЕЙ, который за пару лет до этого собрал при Ленинградской областной филармонии одарённый саксофонист Ярослав Тлисс (экс-ГЛОБУС), а Москаленко пригласили в ЛИРУ.

Разделив с бывшими коллегами аппаратуру и оставшись в гордом одиночестве, Леонов решил вернуть в строй, как он выразился, "старую гвардию": Михаила Васильева (гитара), который в паузе успел отметиться в СПИРИТАХ, Сергея Цветкова (бас) и Анатолия Рывкина (барабаны). От предыдущей группы с ним остался только Котов, однако, в октябре его тоже забрали в армию. Состав был сыроват, но, по словам Леонова, "танцы поджимали". На пост клавишника пришёл сильный музыкант Юрий Крылов, который вместе с Васильевым закончил училище им. Мусоргского по классу баяна. Всё это время САВОЯРЫ работали в Александровской.

Состав, тем не менее, продолжал меняться: с подачи Цветкова появился его бывший коллега по ГОЛУБЫМ РИТМАМ, трубач Владимир Хилимон, но почти сразу после этого ушёл Рывкин, и Хилимон пересел за барабаны. После Нового Года из группы решил уйти и сам Цветков, разрывавшийся между музыкой, семьёй и заводом. Какое-то время он ещё играл по ресторанам, а потом надолго ушёл из музыки. Бас-гитару взял в руки Юра Крылов, а клавишными в этом составе заведовал учившийся в Консерватории студент из Финляндии.

До весны старо-новый состав успел сделать всего несколько выступлений, а потом, уступив Александровскую РОССИЯНАМ, переехал в Павлово-на-Неве, где студента-финна сменил новый клавишник Владимир Водянников, тоже выпускник училища им. Мусоргского. Вскоре Павлово стало таким же популярным местом, как некогда Дубровка, а потом Александровская. Леонов: "С каждым разом толпа прибывала всё больше и больше, у клуба пошли хорошие сборы и за нас держались."

Помимо своих песен САВОЯРЫ в это время играли различные кавера, в т.ч. "Je T'aime... Moi Non Plus" Сержа Гейнсбура, фолк-инструменталы польской группы SKALDOWE и т.д. У них появилась духовая секция, которую составили известный трубач-профессионал Андрей Волошин и его более старший коллега Борис (фамилия уточняется), флейта, саксофон.

В октябре 1975 Водянникова сменил закончивший службу Котов, а сама группа переехала из Павлово в Володарский, где место духовиков занял игравший там со всеми Юрий Иванов, саксофон, флейта. Правда, надолго САВОЯРЫ там не задержались: решив, что с пригородными танцплощадками пора завязывать, они к концу года перебрались в клуб РСТ-2 в Транспортном переулке, 10-а (где в начале 1970 закончился первый этап в истории группы).

На их горизонте снова появился администратор Владимир Турков, а из ОРФЕЯ, как раз, уволились Прохоров и Фадеев. Таким образом сложился ещё один "старо-новый" состав САВОЯРОВ: Леонов, Котов, Прохоров, Фадеев и Хилимон. Той же зимой в группу пришёл Оскар-Эдуард-Август Рейнгольд (р.25.10.53 в Ленинграде), гитара, скрипка, до этого игравший с обломками МАНИИ, а за барабаны был приглашён видный теоретик ритма Виктор Гуков (экс-ЭДЕЛЬВЕЙС, РАССВЕТ, МИФЫ). Хилимон взялся за трубу.

За следующие полгода САВОЯРЫ отыграли несколько концертов в Ломоносове, ещё раз посетили Новгород, первую половину лета отработали на открытой площадке в ЦПКиО (т.н. "пыльнике"), после чего Гуков неожиданно ушёл, а 25-29 августа 1976 в составе питерской делегации (вместе с АРГОНАВТАМИ и ОРНАМЕНТОМ) выступили на рок-фестивале "Liepajas Dzintars" в Лиепае. Все группы приехали на одном "Икарусе" и уже на месте кинули жребий, в каком порядке им выходить на сцену...

Выступление САВОЯРОВ стало настоящим триумфом. "Поначалу нас встретили настороженно, - рассказывал об этом Леонов, - Тогда мы включили аппарат, что называется, на полную гашетку, и на блюзе "Пятак" ("Если скажут мне") наступил перелом: весь зал просто встал!" САВОЯРЫ завоевали практически все призы, а когда они как лауреаты играли второй раз, администрации пришлось вызвать солдат, чтобы сдерживать напор толпы! Праздник завершил джем местных музыкантов с гостями. "Я там пел, - признавался Женя, - как будто последний раз в жизни!"

По возвращении в Питер САВОЯРОВ пригласили в Тульскую филармонию, где до них числились ансамбли ЭЛЕКТРОН, КРАСНЫЕ МАКИ и джаз-оркестр СОВРЕМЕННИК п/у Анатолия Кролла. "Это стало ошибкой", - считал позже Леонов, но в то время особого выбора у них не было. Всю группу поселили в одной квартире без элементарных удобств и на некоторое время забыли о ней. Годом позже в её ряды влился тульский музыкант Вячеслав Родионов, тромбон (и вокал в отдельных песнях). Сначала рабочим сцены, а потом и звукорежиссёром стал их юный местный поклонник Владимир Фомичёв.

Мало-помалу САВОЯРЫ начали выезжать на гастроли, но концертов (а значит, и денег) было мало. Осенью 1979 Леонов уехал в Питер и до весны играл с группой БАРОККО, которую организовал к тому времени Коля Гречушников, но в мае 1980 остальные музыканты, уволившись из Тулы, перешли в Ленконцерт и воссоединились со своим лидером, хотя в их отношениях уже наметилось охлаждение.

Следующие пять лет группа интенсивно гастролировала по стране. "За это время мы сильно выросли ритмически, по звуку и аранжировкам", - вспоминал эти годы Женя Леонов, хотя САВОЯРАМ - при всей их популярности - так и не удалось пробиться ни на "Мелодию", ни на телевидение. В мае 1981, после концертов в Перми, их покинул Володя Хилимон (позднее ЯБЛОКО и ИНДИГО), а за барабаны на полгода вернулся Гуков. С ним САВОЯРЫ побывали в Минске и подолгу репетировали под метроном, но под Новый 1982 Год Гуков поссорился со всеми и ушёл. Его сменил Дмитрий Евдомаха из ФОРВАРДА. Немногим раньше в САВОЯРЫ из БАРОККО перебрался Евгений Жданов (p.26.02.52 в Хабаpовске), саксофон, флейта, вокал.

В 1982 состоялся единственный контакт САВОЯРОВ с миром кино, когда они исполнили эпизодические роли самих себя в симпатичном и неглупом детском фильме "Шапка Мономаха" (режиссёр: Искандер Хамраев).

В декабре 1985 Женя Леонов, которого уже давно не устраивало направление, в котором двигались САВОЯРЫ, решил покинуть своё детище, оставив его на попечение Котова, и вернулся к занятиям живописью. Его место занял певец, гитарист и автор песен Виктор Кудрявцев (р.1.02.55 в Ленинграде), ранее в МЕРЦАЮЩИХ ЗВЁЗДАХ, ЗЕМЛЯНАХ, КАЛЕЙДОСКОПЕ, ИНДЕКСЕ-398 и т.д.

САВОЯРЫ продолжали гастролировать, но почти не выступали в Питере (в силу чего для поколения Рок-клуба их музыка осталась Terra Incognita). Весной 1986 Эдика Рейнгольда, который решил закончить с кочевой жизнью, сменил Александр Богданов (экс-МАРАФОН, ЛИРА, ЦВЕТЫ НА СНЕГУ и т.д.). САВОЯРЫ с ЗЕМЛЯНАМИ гастролировали в Гомеле, когда по соседству грянул Чернобыль.

В июле 1987 ушёл в БАЛЕРИНУ Евдомаха - его место занял Сергей Спиваков из распавшейся к тому времени ЛИРЫ. Богданов тоже не задержался, и в январе 1988 воссоединился со своими коллегами по ЛИРЕ в СТАТУСЕ. Гитаристом стал дебютант Дмитрий Лосев из Кировска. В декабре 1988 соученик Жданова по музыкальному училищу Коля Гусев пригласил Женю в ряды АВИА. Его место так и осталось вакантным. Годом позже группу покинул и Кудрявцев.

В конце 80-х САВОЯРЫ несколько раз мелькнули на экранах телевизоров под старо-новым названием КОЧЕВЫЕ ЛЮДИ, но издать свой материал им так и не довелось. В том или ином виде группа просуществовала до 1992, когда рост экономических проблем и спад интереса к живой музыке сделал все гастроли нерентабельными, а концерты - штучным товаром. Когда Ленконцерт закрылся, САВОЯРОВ возил по стране знаменитый менеджер 70-х Юрий Байдак. Последние концерты они отыграли в Джезказгане, после чего Прохорову по семейным обстоятельствам пришлось оставить сцену, и группа распалась.

Лосев ушёл в ЗАРОК, а позже стал участником PUSHKING. Остальные музыканты финального состава музыку покинули. 23 февраля 1995 Алексей Котов в состоянии депрессии покончил жизнь самоубийством. В 90-х из жизни ушёл и барабанщик САВОЯРОВ Владимир Павлов, который покинул музыку ради бизнеса.

Из тех сорока человек, что в разное время играли в THE REBELS, КОЧЕВНИКАХ и САВОЯРАХ, в музыке, так или иначе, остались многие. Николай Васильев и Георгий Широков работали в оркестре Мариинского театра; Павел Файнберг служил в Филармонии; Михаил Васильев аккомпанировал Эдите Пьехе; Володя Водянников был домристом в Ленконцерте; Михаил Боярский добился признания как театральный и киноактёр, а также эстрадный певец, хотя не порывает контакты с рок-н-роллом (ЗАРОК, СИЛЬВЕР и т.д.); Юрий Крылов был музруком Театра Музыкальной Комедии; Кукин играл в КАТАРСИСЕ и ПУТЕШЕСТВИИ, а ныне занимается звукорежиссурой; выступают Евдомаха (К.О.В.В.Е.Р.-САМОЛЁТ), Жданов (НЭП, САМКХА), Кудрявцев и Богданов (CONTRAST BLUES BAND) и т.д. Их многолетний поклонник и администратор Володя Турков - ныне колоритный старик с окладистой толстовской бородой - изменил рок-н-роллу с рэйвом и популярен у модной молодёжи как МС Вспышкин.

На протяжение 90-х музыканты КОЧЕВНИКОВ/САВОЯРОВ периодически выражали желание собраться и хотя бы записать свои старые хиты, но "воображаемую сборную" (Фадеев, Прохоров, Боярский, Рейнгольд, Евдомаха, Спиваков) им удалось собрать лишь в день рождения Евгения Леонова, 21 декабря 2001 в клубе "Эклектика" (которым в то время занимался Прохоров). Ждали и самого юбиляра, но он так и не смог доехать из Отрадного, где живёт в настоящее время. Позднее группа всё же попыталась записаться, но, увы, почти все её участники были слишком заняты вне музыки. В итоге работу завершили Прохоров и Фадеев, которым помогали сессионные музыканты. Правда, и этот материал до сих пор не издан.

Тем не менее, несколько песен КОЧЕВНИКОВ всё же увидело свет. В 2002 на студии 36-го телеканала Олег Кукин записал альбом молодой группы JOKER (в качества его продюсеров выступили директор канала Фёдор Столяров (ранее ДИЛИЖАНС и Владимир Калинин (АРГОНАВТЫ)) - большую часть песен которого составил материал Леонова, Боярского и самого Кукина.

Андрей Бурлака