ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО

Даже для богатой на громкие имена и яркие таланты московской рок-сцены 70-х ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО было явлением уникальным: держась в стороне от мэйнстрима и следуя видимым лишь ей курсом, группа, во-первых, создала узнаваемый стиль, в котором элементы арт- и хард-рока, барокко и блюза, психоделии и готики были обрамлены поэтически зрелыми текстами, эффектным световым шоу и даже театрализацией, а во-вторых, помогла раскрыться целому ряду музыкантов, определявших в дальнейшем лицо отечественного рока.

Своими корнями её история тянется к группе САДКО, которую собрали осенью 1969 школьные приятели и меломаны Анатолий Кельми (р.21.04.55 в Москве) и Игорь Окуджава (р.2.01.54 в Москве). Кельми, который под впечатлением от романа Лема "Солярис", впервые экранизированного в нашей стране в 1968, предпочитал называть себя Крис (в честь его героя Криса Кельвина), помимо средней школы посещал музыкальную им. Дунаевского, где осваивал ф-но, а Игорю первые уроки гитары преподал отец, знаменитый поэт и бард. Пару лет они, меняя ритм-секцию и пробуя других юных музыкантов, играли на вечерах в своей и соседних школах, а в 1971, когда Окуджаву сменил недоучившийся скрипач и начинающий гитарист из известной музыкальной семьи Александр Ситковецкий (р.5.04.55 в Москве), узнали, что имя САДКО носят бит-группа из Питера и ВИА из Архангельска, и переименовались в АЭРОПОРТ.

В то время они репетировали в ДК института им. Курчатова под крылом уже известной в масштабах Москвы РУБИНОВОЙ АТАКИ, участники которой любезно поддерживали молодых коллег. Летом високосного 1972, когда Крис сдавал экзаменты в МИИТ, Саша - на химфак МГУ, а две трети РУБИНОВОЙ АТАКИ укатили на юга, лидер последней, гитарист Владимир Рацкевич и ритм-секция АЭРОПОРТА, Александр Зайцев (бас) и Сергей Шевелёв (барабаны), начали играть на танцах под придуманной "на раз" вывеской ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО.

Осенью участники всех групп встретились, и произошла перегруппировка: Зайцев и Шевелёв окончательно ушли в РУБИНОВУЮ АТАКУ, тогда как Кельми и Ситковецкому досталось имя ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО! Крис взял в руки бас, а новым барабанщиком стал не имевший опыта, но быстро набиравший его Юрий Титов (р.4.06.56 в Москве). Той же осенью в группу влился ещё один их школьный знакомый Андрей Давидян (р.30.01.56 в Москве) - до этого он пытался собрать группу с Окуджавой, пробовался в САДКО и отлично пел соул и блюз.

Первое выступление новой группы состоялось 6 ноября 1972 в актовом зале школы N 5 на Кутузовском проспекте. Район населяла советская элита, и в школе училось немало "золотой молодёжи", знавшей толк в модной музыке и современных ритмах. На этом этапе ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО исполняло исключительно фирменный, хотя и довольно типичный для тех лет репертуар в диапазоне от THE BEATLES и THE ROLLING STONES до GRAND FUNK, LED ZEPPELIN, CREEDENCE и STATUS QUO, однако, уже тогда пытливый ум Ситковецкого тянулся к более сложной и популярной, скорее, у меломанов, чем у практикующих музыкантов музыке YES, GENESIS и EL&P - к арт-року.

Летом 1973 их покинул собиравшийся поступать в Театральный Давидян. Увы, он не прошёл по конкурсу и позже загремел в армию. Петь пришлось Кельми. Так прошёл год, наполненный рутинной работой на вечерах в НИИ, учебных и проектных институтах, на танцах в Подмосковье, а также везде, где можно было заработать средства для улучшения материальной базы группы: только Ситковецкий владел привезённой ему из Европы отцом фирменной гитарой "Fender Stratocaster"!

В следующем июне ряды ВИСОКОСНОГО ЛЕТА неожиданно усилил расставшийся с МАШИНОЙ ВРЕМЕНИ Александр Кутиков (р.13.04.1952 в Москве), бас, вокал. Он был полон планов и бурлил энергией, что помогло группе выйти на следующую ступеньку популярности. Кельми вернулся за клавишные, для чего ему силами группы был куплен электроорган "Weltmeister", петь стали втроём - Кельми, Ситковецкий и Кутиков - а репертуар заметно обновился: в нём появились свои песни, правда, покуда лишь на английском.

Осенью Титов ушёл в армию. Его сменил Анатолий Абрамов, который играл с группой СЕНТЯБРЬ из Люберец на танцах в ДК "Салют". Следующей весной по рекомендации Абрамова из той же группы в ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО был завербован поющий клавишник Михаил Файбушевич, приход которого позволил обогатить и вокальные, и инструментальные аранжировки. Тогда же они сделали первую попытку записать свой альбом, однако, распространения он не получил.

Всё это время группа оставалась известной более в студенческих кругах - серьёзная публика и знатоки её не замечали. В начале 1975 беспокойный Кутиков на полгода вернулся в МАШИНУ ВРЕМЕНИ, а ещё позже устроился в Тульскую филармонию. Причина этого была прозаична: ему надо было положить куда-то трудовую книжку, дабы не попасть под суд по статье за тунеядство. Новым бас-гитаристом стал Павел Осипов.

В этот период группа пережила достаточно неожиданное для её музыкальных симпатий увлечение мелодичным глэм-роком SLADE, продлившееся до конца 1975. Как ни странно, её главным конкурентом по этой части была МАШИНА ВРЕМЕНИ. Тогда же ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО блеснуло на фестивале в студенческом клубе МФТИ в Долгопрудном. Лето и начало осени прошли в активном режиме, а потом опять начались проблемы. Абрамов, которому тоже надо было решить вопрос трудоустройства, откликнулся на предложение АРАКСА и с конца года озвучивал спектакли Ленкома, куда устроился в марте 1976.

Какое-то время группа безуспешно искала ему замену, но пока не нашла, простаивала, поэтому весной Файбушевич и Осипов ушли на вольные хлеба. Первый в конечном счёте устроился в ВИА ШЕСТЕРО МОЛОДЫХ при Калмыкской филармонии, работал в ресторанах, в 1979 стал вокалистом ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ, а потом собрал ЭКИПАЖ. Второй пропал из виду. Как и на заре карьеры, Ситковецкий с Кельми остались вдвоём, продолжая репетировать и строить планы.

Возрожение группы началось следующим високосным летом, в июне 1976, когда из Тулы на пост бас-гитариста вернулся полный свежих идей Саша Кутиков, а барабанами занялся однокашник Ситковецкого по химфаку МГУ Валерий Ефремов (р.25.12.53 в райцентре Шумерля Чувашской АССР). Он вырос в подмосковных Мытищах, там же окончил школу и дебютировал, играя на танцах в местном АВАНГАРДЕ, а потом ИСКАТЕЛЯХ ПРИКЛЮЧЕНИЙ из МГУ.

Времена менялись, кавера оставались актуальными разве что для танцев, а Ситковецкий и Кельми, ощущая вкус к сочинительству, долго искали своим мелодиям адекватное вербальное воплощение. Выход из положения нашёл Кутиков. Сочинять песни он начал ещё в МАШИНЕ ВРЕМЕНИ, но - в отличие от Андрея Макаревича - поэтическим словом не владел, и году в 1970 на помощь ему пришла начинающая журналистка и поэтесса Маргарита Пушкина. Тот опыт был разовым - после него Пушкина, беззаветно любившая серьёзный импортный рок, с земляками не сотрудничала, но музыкальные идеи ВИСОКОСНОГО ЛЕТА ей приглянулись, и альянс состоялся.

Уже вскоре в репертуаре группы появились его плоды: "Сатанинские пляски", "Лавка чудес" и "Зеркала" Ситковецкого, "Мона Лиза", "Песня о бунтаре" и "Мир деревьев" Кельми, "Забавная любовь" Кутикова были написаны на стихи Риты, а "Нетрадиционный реквием по землянике, растоптанной в августе" они сочинили все вместе.

Обретя голос, группа задумалась о его сценической подаче. К осени у неё появилась крепкая техническая группа, в которую вошли звукорёжисёр Леонид Лебедев, а также Александр Зайгерман и Сергей Быков, занимавшиеся светом, стробоскопом, пиротехникой и другими сценическими эффектами. Их концерты превратились в настоящие спектакли, в которых использовались грим, парики и костюмы. Ещё много лет очевидцы вспоминали, как в "Сатанинских плясках" на сцене гас свет, и там появлялся Кельми, облачённый в чёрное трико, на котором флуоресцентной краской был изображён скелет!

Нет нужды объяснять, что группа моментально вырвалась в лидеры столичного музыкального бомонда, соперничая разве что с МАШИНОЙ ВРЕМЕНИ, которая той весной взорвала своими песнями фестиваль в Таллине, а потом триумфально дебютировала в Питере. 10-11 октября 1976 МАШИНА дала в Северной Пальмире ещё два концерта. Компанию ей составило ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО, тепло и более, чем благосклонно, принятое искушённой местной публикой. Примерно тогда же студент ГИТИС Алексей Ханютин снял обе группы в своей нашумевшей курсовой работе "Шесть писем о бите".

Следующей остановкой на пути к признанию стала для группы Прибалтика. В марте 1977 она выступила на очередных днях молодёжной музыки во Дворце спорта "Kalev" в Таллине, показав мощную программу, включавшую такие номера как "Ослепший художник", "Свиньи рвутся в бой", "Похититель снов" и "Колдун крадёт стеклянных лебедей". Несмотря на всю флегматичность, эстонская публика приняла группу настолько эмоционально, что начала бить стёкла, и оргкомитет фестиваля, убоявшись возможных эксцессов, отменил её второе выступление.

Далее события развивались стремительно. Группа много выступала в Москве, неуклонно улучшая арсенал. Лебедев получил в своё распоряжение чешский режиссёрский пульт EPP-2, а вокалисты - микрофоны AKG-190. Тогда же в её рядах появился певец Владимир Варган, запомнившийся эмоциональным прочтением баллады "Мир деревьев". В такой форме ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО успешно выступило как гость рок-фестиваля на Певческом Поле в Риге летом 1977.

Очередным масштабным проектом, за который взялась группа, стала рок-опера "Прометей прикованный": сюжет греческих мифов (и одноименной трагедии Эсхила), пересказанный музыкой и словами Ситковецкого, несмотря на всю античность, несомненно перекликался с тогдашними реалиями и даже судьбой самой группы. Кутиков тогда работал в учебной студии ГИТИС, где помимо студентов записывал то, что считал нужным, поэтому в 1977-1978 рок-оперу и часть репертуара группы (альбом "Лавка чудес") удалось зафиксировать для истории.

Ещё одним опорным пунктом рок-движения в стране всегда был Архангельск. До него ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО добралось весной 1978, сыграв по приглашению местного "Союза Норд" в Лесотехническом институте. Концерты группы тогда, как правило, состояли из трёх отделений: в первом она играла свой арт-рок, во втором звучал "Прометей прикованный" (с костюмами и занавесом, на котором сверкала молния Зевса), а завершали его ироничные рок-н-роллы, включая посвящения коллегам по рок-сцене, УДАЧНОМУ ПРИОБРЕТЕНИЮ и МАШИНЕ ВРЕМЕНИ.

В октябре 1978 в Доме учёных подмосковной Черноголовки прошёл камерный, но по сути дела, I всесоюзный рок-фестиваль. Организовали его сотрудники Ногинского научного центра Владимир Погосов и Алексей Овчинников, а жюри представляли Юрий Саульский, Эдуард Артемьев, Артём Троицкий и другие неравнодушные к музыке люди. Программу второго дня разделили ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО и РИКИ-ТИКИ-ТАВИ, недавно взявшие новое имя ДИССОНАНС. Главный успех выпал на долю MAGNETIC BAND и МАШИНЫ ВРЕМЕНИ, тогда как ЛЕТО Саульский слегка пожюрил за оторванность от жизни, отметив интересный музыкальный материал и исполнительский уровень. Ситковецкий был назван лучшим среди соло-гитаристов, а Кельми поделил лавры лучшего клавишника с Игорем Саульским (тогда МАШИНА ВРЕМЕНИ).

Вскоре после этого в ВИСОКОСНОМ ЛЕТЕ опять появился поющий клавишник. На этот раз, только что вернувшийся из армии Пётр Подгородецкий. Правда, его участие в группе оказалось недолгим. "Я лег на операцию по поводу зрения, примерно на полтора месяца. Вышел в конце марта-начале апреля. А группа, как раз, распалась".

Если быть точным, распалась она чуть позже, в мае 1979, но шла к этому довольно давно. Наличие трёх самобытных авторов с разными взглядами и на саму музыку, и на её сценическое воплощение до какого-то момента двигало ВИСОКОСНОЕ ЛЕТО вперёд, но потом начало тормозить. Серьёзного конфликта не было - просто музыканты приняли мудрое решение разойтись каждый в свою сторону.

Тогда же, но с куда большим скандалом, распалась МАШИНА ВРЕМЕНИ - устав от претензий энергичного, но не творческого барабанщика Сергея Кавагоэ, Макаревич почёл за благо уйти из собственной группы, хотя её название неизбежно осталось за ним. В новую версию МАШИНЫ вошли Кутиков, Ефремов и Подгородецкий, а Кавагоэ и бас-гитарист Женя Маргулис вернулись на сцену как ВОСКРЕСЕНИЕ. На его дебютном альбоме, который всё тем же летом записал Кутиков, отметился и Подгородецкий.

В свою новую группу, позже получившую имя АВТОГРАФ, Ситковецкий пригласил только Лёню Лебедева и обоих световиков. Осенью к ним, отгуляв лето на югах и не найдя подходящей компании, присоединился Крис Кельми. На этом история ВИСОКОСНОГО ЛЕТА завершилась. С ней подошёл к концу и подпольный этап в истории московского рока 70-х. Начинались 80-е.

Лауреатами официального фестиваля "Весенние Ритмы", прошедшего в столице Грузии Тбилиси в марте 1980, стали MAGNETIC BAND, МАШИНА ВРЕМЕНИ, а также АВТОГРАФ, который надолго стал флагманом арт-рока в нашей стране. Покинув его той же весной, Крис Кельми поиграл с УДАЧНЫМ ПРИОБРЕТЕНИЕМ, а осенью собрал более легковесное по музыке, но весьма популярное РОК-АТЕЛЬЕ.

Кутиков и Ефремов остались неотъемлемыми деталями МАШИНЫ ВРЕМЕНИ, хотя Саша сумел реализовать себя как звукорежиссёр, издатель (Sintez Records), автор и исполнитель, записав ряд своих альбомов. Подгородеций играл с ними в два захода, но в 2001 вернулся к соло-карьере. Титов после армии стал барабанщиком ВИКТОРИИ, где пел Давидян. Позже они оба участвовали в РОК-АТЕЛЬЕ. Абрамов остался верен АРАКСУ. Файбушевич собрал КРАСНЫЙ СМЕХ, а в 90-х пел эстраду в БЕЛОМ ОРЛЕ. Варган отметился в паре групп второго эшелона.

Что касается записей ВИСОКОСНОГО ЛЕТА, то в 70-х и 80-х они ходили в самиздате, но и после того, как это стало возможно, не были опубликованы официально - его бывших участников волновала, скорее, текущая карьера, а издатели гнались за модой. Только в 1995 Кельми, получив от Ситковецкого старые плёнки, издал на Sintez Records сборник "Лавка чудес: 1972-1979". В конце 90-х пиратский лэйбл Рок-архив звукорежиссёра и коллекционера Владимира Иванова выпустил сборники, включавшие альбом "Лавка чудес", рок-оперу и концертные записи, к которым был почему-то добавлен материал новосибирского ЛОМБАРДА. В 2010 другая пиратская компания, Abyss, издала выступление в Архангельске ("Дорога в никуда"), рок-оперу и запись одного из последних концертов ЛЕТА в Москве. Наконец, в 2014 в США ограниченным тиражом вышла ещё одна версия "Прометея". Так что кода этой песни пока не прозвучала.

Андрей Бурлака