Верблюд | Вещи | Винсент Ван-Гог | Время свободы | Все летают

Верблюд

Музыка: К. Брейтбург
Слова: А. Тарковский

На длинных нерусских ногах
Стоит, улыбаясь некстати.
А шерсть у него на боках,
Как вата в столетнем халате.
Должно быть, молясь на Восток,
Кочевники перемудрили,
В подшёрсток втирали песок
И ржавой колючкой кормили.

По чёрным и красным пескам,
По дикому зною бродяжил,
К чужим пристрастился тюкам,
Копейки под старость не нажил.
Привыкла верблюжья душа
К пустыне, тюкам и побоям.
А все-таки жизнь хороша,
И мы в ней чего-нибудь стоим.

Горбатую царскую плоть,
Престол нищеты и терпенья,
Не щедрый пустынник – Господь
Слепил из отходов творенья.
И в ноздри вложили замок,
А в душу печаль и величье,
И верно, с тех пор погремок
На шее болтается птичьей.

По чёрным и красным пескам,
По дикому зною бродяжил,
К чужим пристрастился тюкам,
Копейки под старость не нажил.
Привыкла верблюжья душа
К пустыне, тюкам и побоям.
А все-таки жизнь хороша,
И мы в ней чего-нибудь стоим.

На длинных нерусских ногах
Стоит, улыбаясь некстати.
А шерсть у него на боках,
Как вата в столетнем халате.

По чёрным и красным пескам,
По дикому зною бродяжил,
К чужим пристрастился тюкам,
Копейки под старость не нажил.
Привыкла верблюжья душа
К пустыне, тюкам и побоям.
А все-таки жизнь хороша,
И мы в ней чего-нибудь стоим.

Вещи

Музыка: К. Брейтбург
Слова: В. Шефнер

Умирает владелец, но вещи его остаются,
Нет им дела вещам до чужой человечьей беды.
В час кончины твоей даже чашки на полках не бьются
И не тают как льдинки сверкающих рюмок ряды.

Может быть, для вещей и не стоит излишне стараться,
Так покорно другим подставляют себя зеркала.
И толпою зевак равнодушные стулья толпятся,
И не дрогнут, не скрипнут гранёные ноги стола.

Будь владыкою их, не отдай им себя на закланье,
Будь всегда справедливым, бесстрастным хозяином их.
Тот, кто жил для вещей, всё теряет с последним дыханьем.
Тот, кто жил для людей, остаётся живым средь живых.

От того что тебя почему-то не станет на свете,
Электрический счётчик не двинется наоборот.
Не умрёт телефон, не засветится плёнка в кассете,
Холодильник, рыдая, за гробом твоим не пойдёт.

Будь владыкою их, не отдай им себя на закланье,
Будь всегда справедливым, бесстрастным хозяином их.
Тот, кто жил для вещей, всё теряет с последним дыханьем.
Тот, кто жил для людей, остаётся живым средь живых.


Винсент Ван-Гог

Музыка: К. Брейтбург
Слова: А. Тарковский

Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог,
За то, что я травы ему под ноги
Не постелил на выжженной дороге,

За то, что я не развязал шнурков
Его крестьянских пыльных башмаков,
За то, что в зной не дал ему напиться,
Не помешал в больнице застрелиться.

Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог,

Стою себе, а надо мной навис
Закрученный, как пламя, кипарис,
Лимонный крон и темно-голубое,
Без них не стал бы я самим собою;

Унизил бы я собственную речь,
Когда б чужую ношу сбросил с плеч.
Унизил бы я собственную речь,
Когда б чужую ношу сбросил с плеч.

Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог
Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог

Время свободы

Музыка:
Слова:

Все летают

Музыка: С. Васильченко
Слова: Г. Поженян

Заяц, кит и человек,
Всё, что любит и страдает,
Вопреки себе летает,
Возвышая жизни век.
Даже африканский слон –
Неуклюжая громада
Вдруг взлетает, если надо,
Если к морю мчится он.

В жизни каждому своё –
Пень, забор и колокольня.
Слабый ищет путь окольный,
Сильный – к солнцу шлёт копьё.

В небесах пути светлы,
Там летающим не тесно.
За дороги в поднебесье
Жизнью платятся орлы.
И, чтоб вечным был полёт,
Луны светят, снеги тают.
Не летает только тот,
Кто не знает что летает.

В жизни каждому своё –
Пень, забор и колокольня.
Слабый ищет путь окольный,
Сильный – к солнцу шлёт копьё.