4 февраля 2007 - In Memoriam: Илья Кормильцев

Сегодня днём в одной из лондонских клиник на сорок восьмом году из жизни ушёл выдающийся отечественный поэт, переводчик, журналист, публицист, издатель и философ Илья Кормильцев…

Илья Кормильцев родился 26 сентября 1959 года в Свердловске в семье, минимум, два поколения которой занимались геологией и горным делом. Музыкальное образование будущего поэта ограничилось двумя уроками фортепьяно. Гораздо большую роль в его художественном воспитании сыграла обширная библиотека деда, которую он называл своим первым университетом.

Потом были геологический факультет Ленинградского Университета, с которого Илья после второго курса перевёлся ближе к родным пенатам, в Свердловский Университет. По собственному признанию, сочинять стихи Кормильцев начал в летних геологических экспедициях под влиянием природы и личных переживаний, хотя почти сразу в них начала преобладать социально-публицистическая тематика. (Впрочем, позднее Илья продемонстрировал своё лирическое дарование, написав пронзительное «Я хочу быть с тобой».)

Всегда интересовавшийся хорошей поэзией и современной музыкой, Кормильцев не мог пройти мимо самой популярной в начале 80-х формы студенческой самодеятельности, дискотек, и вёл собственного сочинения программы в университетской дискотеке «220 Вольт», где его в декабре 1980 и открыл для себя ещё только собиравший свой первый УРФИН ДЖЮС Саша Пантыкин. Остальное уже история.

Роль Ильи Кормильцева в судьбе отечественного ещё предстоит пристально изучить и оценить, но то, что он – наряду с композитором Александром Пантыкиным и создателем Свердловского Рок-клуба Николаем Граховым – является одним из тех трёх китов, на которых и зиждилось всё здание уральского рока – факт, не нуждающийся ни в каких подтверждениях. В значительной степени, именно благодаря эрудиции, несомненному поэтическому дарованию и вкусу Ильи, чьим языком общались со своей аудиторией УРФИН ДЖЮС, NAUTILUS POMPILIUS, НАСТЯ и некоторые другие местные музыканты, свердловский рок, едва появившись на общенациональной сцене, поразил публику безупречным стилем, своей утончённостью, давно забытым в столицах романтизмом, изысканными и насыщенными литературными аллюзиями сюжетами.

Период 1987-1989 в тогдашнем Союзе, вне всяких сомнений, был годами непрерывного триумфа свердловских групп, которые не только выдвинули центр Южного Урала в ряд рок-н-ролльных столиц страны, но и радикально перекроили давно устоявшийся табель о рангах отечественного рока. Илья Кормильцев имел полное право разделить успех и признание с теми, кто находился в лучах софитов, под прицелами видеокамер и среди толп поклонников, ибо ему принадлежали тексты песен, которые тогда пела вся страна. Он, тем не менее, всегда старался не попадать в фокус общественного внимания и, как следствие, сумел избежать головокружения от успехов, которое повально косило ряды отечественных рок-звёзд.

Когда осенью 1988 в Свердловске состоялась первая (и как показало время последняя) конференция рок-клубов страны, имевшая целью создание Всесоюзной Рок-федерации, именно Илья Кормильцев, вместе с московским журналистом Ильёй Смирновым, стали теми людьми, кто смог точно сформулировать постулаты возможных взаимоотношений культуры и государства, рок-н-ролла и социума, художника и шоу-бизнеса.

В октябре 1989, когда ЦК Комсомола объявил о присуждении NAUTILUS POMPILIUS своей ежегодной премии, дальновидный Кормильцев от имени группы тут же объявил об отказе принять её и был прав: через полтора года Комсомол благополучно ушёл в прошлое вместе со всей советской системой.

Хотя с наступлением 90-х контакты Кормильцева с миром рок-н-ролла мало помалу начали ослабевать, поскольку он ощутил возможность реализовать себя в иных сферах, более близких его художественным пристрастиям и профессиональным склонностям, его сотрудничество с наиболее близкой ему группой NAUTILUS POMPILIUS продолжало развиваться. Когда она вступила в очередную полосу кризисов, Бутусов и Кормильцев, чувствуя необходимость вырваться из этого порочного круга, осенью 1996 отправились в Британию, где записали наиболее нехарактерный в дискографии группы альбом «Яблокитай».

Сам Кормильцев на протяжение 90-х не сидел на месте: покинув Свердловск (ставший к тому времени Екатеринбургом), он жил то в Минске, то в Москве, то колесил по Европе. Среди его немногих музыкальных проектов этого периода - студийная группа, которую он организовал с мультиинструменталистом Олегом Сакмаровым (АКВАРИУМ, NAUTILUS POMPILIUS, ВЫХОД). Позднее Кормильцев сосредоточился на своей основной профессии (в его переводе, в частности, выходил нашумевший роман Ника Кэйва «And The Ass Saw The Angel»), а позднее открыл своё издательство «Ультра-Культура», которое, в полном соответствии с именем, будоражило общественное сознание, издавая книги, которые не вписывались ни в какие каноны, школы и традиции, а то и в рамки приличий. В последние годы Кормильцеву не раз приходилось публично защищаться от не в меру ретивых ревнителей нового пуританства.

Ещё одним приложением сил для многогранного дарования Ильи Кормильцева стал Интернет и, особенно, Живой Журнал, активным посетителем и участником которого он стал в последние годы. Всегда скептически (если не сказать негативно) относившийся к попыткам официоза «приручить» рок-н-ролл, использовать его для поддержки своих беспринципных PR-проектов (чем особенно славен новый идеолог путинизма Владислав Сурков), Кормильцев резко выступил против участия своего друга, коллеги и соавтора Вячеслава Бутусова в съезде движения «Наши» на Селигере в июле 2006.

В прошлом году экономическое положение издательства «Ультра-Культура» заметно ухудшилось – возможно, не последнюю роль в этом сыграла политическая позиция его главы. Как известно, экономические рычаги давления – самые действенные. Когда в начале нынешнего года Кормильцев уже находился в Лондоне, стало известно, что издательство будет закрыто. Едва ли эта новость оказала роковое воздействие на его здоровье – по словам британских медиков, болезнь исподволь подтачивала здоровье Ильи – но, вполне возможно, что именно она стала тем последним камешком, который упал на весы Рока.

Ещё на прошлой неделе мне звонил Андрей Тропилло: речь шла о том, чтобы провести музыкальную акцию и собрать деньги для лечения Ильи, хотя, по слухам, в Лондоне он получал все необходимые медикаменты и должный уход. Увы… Как всегда, помощь не поспела, вернее, оказалась бесполезна.

В последние годы мы редко виделись: я не езжу в Москву, Илья не бывал в Питере, но наш виртуальный контакт не ослабевал: я, по крайней мере, внимательно следил за его издательскими планами и публичными высказываниями, которые мне, как правило, были понятны и близки. В последний раз мы говорили по телефону осенью, собирались связаться в начале года. Этот номер больше не ответит. Прощай, друг.

Андрей Бурлака